“Я устала от катастрофических сценариев”, — министр обороны Чехии Я. Чернохова о состоянии армии
Президент США Дональд Трамп постоянно напоминает и напоминает своим партнерам по НАТО о требовании к европейским странам выделять пять процентов ВВП на оборону. Об этом тоже прозвучало на конференции в Мюнхене, и будет слышно в будущем. Возможно, до тех пор, пока эти страны не возьмутся за реализацию такого предложения, или не произойдет что-то непредсказуемое, что заставит всех ощутить качество перемен во всем мире. Но следует обратить внимание на реакцию на выделение таких средств непосредственными исполнителями, т.е. странами-членами НАТО. Ведь их правительства стремятся иметь прямые серьезные основания для такого планирования.
В частности, речь идет о том, о чем в свое время заявила министр обороны Чешской Республики Яна Чернохова в недавнем интервью газете «Ptám se ja», отвечая на вопрос журналиста М. Йонаса. Следует отметить, что в этой стране очень хорошо понимают важность крепкого военного кулака, который можно использовать для защиты своей государственности. Потому что чехи не раз в этом убеждались, о чем свидетельствуют исторические события в их стране на протяжении прошлого века. Сразу стоит отметить, что министр обороны Яна Чернохова (член ODS — Гражданской демократической партии) выступает за усиление инвестиций в оборону, считая два процента ВВП минимумом расходов. По ее словам, в чешских условиях речь может идти о трех процентах. В интервью говорится об укреплении производства оборонной промышленности, о модернизации чешской армии, а также о дальнейшей поддержке Украины со стороны Запада в будущем. которые иногда обходят стороной зарубежные коллеги Черноховой и о которых она никогда не старается молчать.
Говоря о реакции европейцев на требования Трампа, министр заявил, что «… Мы ожидали этого, потому что Дональд Трамп во время своего предыдущего президентского срока не скрывал, что страны-члены НАТО, особенно европейские, должны значительно увеличить расходы на оборону. Мы, как правительство Петра Фиалы, включили это в наше заявление о программе правительства, и чуть ли не в первый год работы нашего правительства я подготовил закон о расходах в размере двух процентов… (на что чешский бюджет ушел в прошлом году — ред.) Я согласен с ним в том, что Европа должна начать больше участвовать в обороне собственного континента и в поддержании оборонительного зонтика в рамках Североатлантического альянса».
А как же именно 5 %? Здесь министр обороны Чехии Я. Чернохова пока согласна с тем, что такой процент – это слишком много. Например, по прогнозам на 2025 год он должен составить 420 млрд крон. «А это на самом деле невозможно, это будет переход от нуля к сотне. Я считаю и настаиваю на том, что в ближайшие два года мы должны постараться, скажем, достичь трех процентов ВВП. Чтобы у нас были готовые проекты на три процента ВВП. Чтобы даже повышение не осталось только на бумаге, потому что процесс закупок для Минобороны непростой».
Что касается одного процента ВВП сверх того, что в настоящее время выделяется в Чехии, то это около 55 миллиардов в год. И у чешского общества, как всегда, возникают вопросы: за счет чего нам экономить? На что именно будет сокращено выделение бюджетных средств для того, чтобы обеспечить необходимую чешскую армию? По мнению Я. Черноховой, при определении того, какие ресурсы в бюджете, правительство должно честно заявить общественности, что это будет то, что окажет положительное влияние на чешскую экономику. «Мы должны постараться максимально поддержать чешскую оборонную промышленность, чтобы когда мы инвестируем в собственную оборону, в оборону в рамках Североатлантического альянса, часть этих ресурсов, финансовых средств оставалась в Чешской Республике.» Но есть некоторые обстоятельства, которые уже следует иметь в виду, когда речь идет о таких военных расходах: «У Чешской Республики никогда не будет всех возможностей в науке и исследованиях, которые есть у других стран. Но если искать тот объем средств, о котором идет речь, министр обороны Чехии подчеркивает, что нужно постараться сделать инвестиции в те или иные проекты более эффективными, чтобы определенные финансовые ресурсы не исчезли в черную дыру, то есть там, где они не эффективны.
Придется ли чехам в чем-то себе отказывать, журналистка уточняет в беседе с Ю. Черноховой, и слышит от нее в ответ: «На данном этапе я не говорю, что мы должны обязательно таким образом повышать налоги, пусть это делают экономисты. Я считаю, что политик должен когда-нибудь иметь возможность признать, что он не является специалистом в бюджетном деле. И сейчас я не могу точно сказать, откуда возьмутся средства на оборону».
По словам министра обороны, это задача номер один, потому что, к сожалению, даже три года после начала войны в Украине европейцы так и не смогли построить достаточное количество заводов в Европе, обеспечить рабочие места и предоставить какие-то преференции и стимулы для компаний. которые могут производить военную технику так, чтобы им не приходилось ее импортировать или, в рамках инициативы по боеприпасам, искать боеприпасы по всему миру. «Его нужно производить здесь, в Европе. Это самая большая проблема для Европы».
Интересно, что в интервью затрагивается тема полезности действий банков, в частности, их отношения к оборонной промышленности. Ведь с этим не все гладко, что называется, а оружейная промышленность нуждается в средствах, в том числе и в кредитах, особенно для небольших компаний. Но банки до сих пор чинят препятствия в виде аккредитивов, бесперебойных платежей и финансовых кредитов. <… > У банков даже есть проблемы с транзакциями, которые идут в Украину и основаны на лицензионных соглашениях. Эта проблема наблюдается не только в Чехии. Об этом говорят и поляки, и словаки, и в странах Балтии. Потому что все эти страны имеют определенные традиции военной промышленности и готовы к тому, чтобы эти компании развивали военную промышленность на своей территории, создавали необходимое производство. «Но эти вещи очень проблематичны, хотя бы по той причине, что если вы хотите купить производственную линию, даже в Европе, чтобы поддержать европейскую промышленность, вам придется ждать три или четыре года».
На вопрос, стоит ли ожидать каких-либо изменений в результате давления Дональда Трампа, министр обороны Чехии ответил, что да. «Потому что Европа уже много лет является безбилетным пассажиром в Североатлантическом альянсе. И когда мы смотрим на коллективные оборонные инвестиции в процентах от ВВП в Североатлантическом союзе, конечно, Соединенные Штаты доминируют. И далее он уточняет, что Соединенные Штаты должны быть заинтересованы в войне, потому что «Дональд Трамп и его администрация не хотят сильной России, как не хотим этого и мы. <… > С другой стороны, Дональд Трамп четко говорит: Европа, вы тоже должны опомниться, вы должны приложить больше усилий для общей обороны, иначе Соединенные Штаты тоже могут взять себя в руки и выйти из Североатлантического альянса и оставить вас в беде. Я не верю, что это когда-нибудь произойдет. Конечно, это несколько сильных слов, которые имеют вес, чтобы действительно заставить эти штаты начать делать что-то серьезное. И я думаю, что Чешская Республика является примером того, как мы принимаем это близко к сердцу».
Нужно отметить, что интервью было записано накануне встречи европейских лидеров с новым министром обороны США. Как и что там происходило, известно. Более того, интересно, что ожидалось услышать на тех встречах, когда об этом уже было известно. Например, о роли вооруженных сил некоторых европейских стран в современных событиях и боевых действиях на Украине. Журналист обратил внимание на то, что в Германии и Франции, хоть и несколько неохотно, но до сих пор говорят о том, должны ли немецкие и французские солдаты служить в этой роли.
— У нас в Чехии вообще хватает смелости сказать, что это чешские солдаты? — спрашивает журналист.
Відповідаючи, Я. Чорнохова нагадала дебати, які ще проходили за старої (американської — ред.) адміністрації. Тоді «…Угорщина особливо гучно виказувала свою незгоду. <…> Було б надзвичайно популістсько сказати тут зараз: так, ми однозначно будемо це робити, або ні, ми не будемо цього робити з тих причин. Я думаю, що мені слід зачекати з будь-якими серйозними оголошеннями, доки ми не дізнаємося параметри наших можливих дій чи бездіяльності. Тому що якби це була типова миротворча місія, блакитні шоломи, ми маємо великий досвід цього, наприклад, з країн колишньої Югославії. І тут, я думаю, що начальник Генштабу і армія просто сказали б: так, пані міністр, ми готові… Не знаю, чи зараз час говорити про участь у виконанні такого бойовому завданні… Мені потрібно бути обережною із цими заявами, тому що я справді не знайома з правилами. Тому ми готові це обговорювати. Від імені Чеської Республіки я можу пообіцяти, що ми хочемо допомогти Україні, ми хочемо й надалі підтримувати мирні рішення, які будуть знайдені стосовно України. Але, звісно, на умовах, на які погодиться українська сторона». Отвечая, Ю. Чернохова напомнила о дебатах, которые шли еще при старом (американском — прим. ред.).) администрации. Затем «… Венгрия особенно громко выразила свое несогласие. <… > Было бы крайне популистски говорить здесь сейчас: да, мы обязательно это сделаем, или нет, мы не будем этого делать по этим причинам. Я думаю, что мне следует повременить с какими-либо серьезными заявлениями, пока мы не узнаем параметры наших возможных действий или бездействия. Потому что если бы это была типичная миротворческая миссия, «голубые каски», то у нас есть большой опыт этого, например, из стран бывшей Югославии. И здесь, я думаю, начальник Генерального штаба и армии просто сказал бы: да, госпожа министр, мы готовы… Не знаю, сейчас ли время говорить об участии в такой боевой миссии… Мне нужно быть осторожным с этими утверждениями, потому что я действительно не знаком с правилами. Поэтому мы готовы его обсуждать. От имени Чешской Республики я могу пообещать, что мы хотим помочь Украине, мы хотим и дальше поддерживать те мирные решения, которые будут найдены в отношении Украины. Но, конечно, на тех условиях, на которые согласится украинская сторона».
Если говорить конкретно о вооружении и военной технике чешской армии, то министр обороны Чехии был конкретен. Что касается тяжелых боевых танков для чешской армии. Их нужно будет увеличить, “… И я думаю, что проект тоже имеет смысл, именно потому, что это совместный проект стран нашего региона. И я немножко виню своих предшественников в 2010 году в том, что они не вступили в клуб F-35 и не смогли расширить промышленную кооперацию и быть одной из стран, которые бы участвовали в производстве. Наша армия этого заслуживает. Действительно, в этом плане не пять минут в двенадцать, а час после двенадцати».
Что касается нынешней ситуации с личным составом в чешской армии, о чем постоянно напоминает начальнику Генштаба ВС Рекка: «Мы приближаемся к состоянию, когда у нас будет техника, но больше личного состава у нас не будет», чешский министр обороны был откровенен:
— Меня немного раздражают катастрофические сценарии, которые я постоянно слышу здесь, и я реагирую на то, что кто-то что-то говорит, а начальник Генштаба что-то говорит. Я правда не умею творить чудеса, я министр обороны, и за три года я очень сильно продвинулся в Министерстве обороны. Это было совсем нелегко, потому что я не всегда чувствую, что армия находится на одной волне со мной, или что нас никогда не бросают к ногам. К сожалению, это происходит. Я говорю здесь совершенно откровенно… Мы делаем то, что можем. То, что солдаты не включают в некоторые планы вещи, о которых они потом упоминают, что они могли бы хотеть, это вина этих солдат, а не министра. Поэтому вместо того, чтобы давать интервью о сценариях стихийных бедствий, я, наверное, рекомендовал бы поговорить о том, чего у нас нет и что мы могли бы иметь, если бы кто-то сказал нам: мы хотим это в следующем году, через год, через год, министр, дайте нам денег на это… В течение трех лет я только и делал, что решал финансовые вопросы, с которыми справлялся. Ни один министр за 20 лет не добился двух процентов на оборону. Именно в этом я и убедился. Поэтому никто не может упрекнуть меня в том, что я не стремлюсь сделать все возможное для солдат и для обороны страны.
С. Да, не все благополучно с призывом на военную службу. Но кадровое агентство подчиняется начальнику Генштаба. Более двух лет мы пытаемся получить информацию от солдат о том, что они будут делать, чтобы как-то улучшить набор, чтобы мы были больше на улицах, чтобы нас было заметнее. По прошествии более двух лет нам, наконец, удалось изменить постановление на постановление о здравоохранении. Даже мои коллеги военные, наверное, признают, что это была большая борьба, прежде чем мы смогли это изменить и внедрить. Наконец, указ вступил в силу… То же самое, например, с Законом 221. В этот акт, который сейчас вносится в Палату депутатов, мы вместе с солдатами включили некоторые льготы, чтобы мы могли как набирать новых солдат, так и, самое главное, удерживать тех, кто уже есть. Не будет ни жилетов, ни касок, так далее».
Подготовил Олег Махно
