Они мало-помалу продвигаются вперед. Сейчас есть определенные, хотя и не всегда ощутимые достижения, даже несмотря на то, что некоторые пытаются убедить, что переговоры якобы зашли в тупик. Конечно, переговорный процесс крайне непростой, что связано с принципиальными противоречиями между Россией и Украиной. Эти противоречия никогда не будут устранены даже после подписания мирного соглашения и формального восстановления двусторонних отношений. Поэтому и сохранится почва для дальнейших конфликтов между двумя странами или даже войны. Причем, не из-за статуса оккупированных территорий или возможного вступления Украины в НАТО, или других чувствительных вопросов, которые действительно стоят на повестке дня, но не имеют самостоятельного значения и являются производными от более глобальных проблем. Например, категорическое неприятие Россией самого существования Украины, как независимого государства.

Кроме того, существенным фактором влияния на переговоры являются противоречивые и неоднозначные по характеру интересы других стран и политических сил. Более того, иногда наши якобы партнеры делают все для того, чтобы сорвать мирный диалог. Поэтому и возникает негативный для Украины информационный фон вокруг переговоров с акцентом на неизбежной капитуляции нашего государства под давлением США и России. В связи с этим большинство американских, а с ними и других западных и украинских СМИ, политиков и экспертов неустанно критикуют Д. Трампа за якобы его переход на сторону России и предательство Украины. В то же время Москва в основном одобряет действия президента США, что создает впечатление объективности упомянутых обвинений.

Такие тенденции усиливаются по мере того, как продвигаются переговоры, а потому можно предположить, что определенные силы сознательно пытаются их сорвать. Как пример — освещение в СМИ встречи делегаций США, Украины и Великобритании 23 апреля с. г. в Лондоне, которая была важной для подготовки договоренности о прекращении огня. Как известно, большинство из масс-медиа сообщали о ее срыве из-за того, что государственный секретарь США М. Рубио отказался принимать в ней участие, что также сделал и министр иностранных дел Великобритании Д. Лемми. Причиной такого решения главы американской дипломатии называлась позиция Президента Украины В. Зеленского, который якобы отверг условия мирного плана Д. Трампа по замораживанию войны по линии фронта в обмен на признание Киевом российского статуса Крыма. При этом были отвергнуты опровержения таких условий как Кремлем, так Белым домом и положительная оценка результатов встречи США и Украины. Игнорируются или искажаются и все дальнейшие события, не вписывающиеся в вышеупомянутые оценки переговоров, в том числе итоги встречи Д. Трампа и В. Зеленского 26 апреля с. г. в Ватикане и демонстрация президентом США положительного отношения к позициям Украины и негативного – к поступкам России.

Тем более, что, по словам М. Рубио, решающий момент в переговорах о мире в Украине уже наступил. Сам же Д. Трамп дал Путину достаточно мало времени для того, чтобы он начал конкретные действия для прекращения войны. Итак, попробуем понять, что происходит на самом деле.

Для начала следует четко уяснить, что такое мирные переговоры. Казалось бы, здесь все на поверхности, но многие не понимают логики такого процесса. Поэтому целесообразно напомнить основную суть и особенность переговоров.

Так, они состоят из двух разных, хотя и связанных между собой этапов. На первом из них предполагается достижение договоренности сторон о прекращении огня, или, иначе говоря, объявление перемирия. На втором этапе будут определяться условия и параметры всеобъемлющего мира.

То, что происходит сейчас, касается именно первого этапа, а различные мирные планы относятся ко второму этапу и являются предметом предварительных «прикидок» и зондирования позиций сторон и определяют лишь контуры будущего мира. Вследствие этого говорить об их определяющем влиянии на ход переговоров пока преждевременно, хотя оно действительно есть. Учитывая это, главного внимания требует именно первый этап диалога. Рассмотрим его более детально.

Несмотря на негативную оценку, переговоры о прекращении огня имеют определенный прогресс. В частности, Россия сняла свои требования о возможности начала диалога только в случае капитуляции Украины и признала легитимность украинской власти. В свою очередь, Украина отказалась от требования предоставить ей гарантии безопасности уже на данном этапе. В то же время обе стороны, в принципе, согласились на прямой диалог.

Результативными можно считать договоренности о прекращении ударов по энергетическим объектам и боевых действий на море, хотя они неоднозначны. Как видим, ВС РФ перестали наносить удары по стратегической энергетической инфраструктуре Украины (электроподстанциям, соединяющим ее с Европой и обслуживающим АЭС), а ВСУ — по российским нефтяным заводам и хранилищам. То же касается и ударов по морским портам и гражданским судам. Кроме того, Россия не мешает работе паромной переправы Грузия-Украина-Болгария, которая возобновилась в начале апреля с. г.

К сожалению, это не означает, что позиции Путина и его режима принципиально изменились. Он по-прежнему стремится уничтожить Украину. Это его стратегическая цель и лежит в основе личных амбиций как реставратора российской империи. Это же соответствует и мировоззрению значительной части российского общества, у которого шовинистическая и имперская направленность. Но хотеть и быть способным чего-то достичь — это, как известно, совершенно разные вещи. Сейчас Кремль потерял возможность реализовать свои планы, что является следствием критического обострения проблем в российской экономике. А реализация Д. Трампом своих угроз о введении новых санкций против России ее окончательно обвалят. Именно такие перспективы и определяют политику Путина, который, с одной стороны, пытается затянуть войну и захватить как можно больше украинских территорий, а с другой — вынужден демонстрировать готовность прекратить войну и выполнять шаги в этом направлении.

Поэтому Москва продолжает и даже усиливает боевые действия на фронте, а также наносит удары по городам и другим населенным пунктам Украины. Как и раньше, такие действия террористические, жертвой становится мирное население. Прекращение такого российского терроризма и является главной целью дальнейших переговоров по установлению перемирия. В связи с этим логическим продолжением упомянутых выше договоренностей является предложение Президента Украины В. Зеленского взаимно отказаться от ударов по всем гражданским объектам. Будем надеяться, что его удастся достичь и это будет способствовать достижению договоренности об окончательном прекращении огня.

Впрочем, возможны и другие варианты. При худшем из таких Россия может вообще отказаться от перемирия и продолжать воевать пока это будет позволять состояние ее экономики. По оценкам экспертов, — по крайней мере, до конца текущего года. В лучшем случае Россия может согласиться прекратить огонь где-то летом текущего года или в его начале. По сути, Москва уже как бы склонна объявить временное перемирие не только на Пасхальные праздники, но и к 80-й годовщине, как называется, Дня Победы. В основном для того, чтобы заверить США, что Россия стремится к миру, и еще готовит россиян к возможному прекращению боевых действий.

Тем не менее Кремль все еще демонстрирует жесткость своих позиций и выдвигает различные условия для согласия на перемирие, в частности, относительно отказа западных партнеров Украины от поставок ей оружия. Но подобные требования не имеют принципиального значения, поскольку их выполнение не может быть надежно проконтролировано. Поэтому положительный результат все же будет достигнут.

Официальные требования Москвы к Украине и ее западным партнерам были подтверждены министром иностранных дел РФ Лавровым 27 апреля с. г. Как и раньше, они включают отказ Украины от вступления в НАТО, ее «денацификацию» и «демилитаризацию», снятие санкций с России, международное признание суверенитета России над оккупированными территориями нашего государства и отмену запрета на «все российское».

Однако все это является в основном средством давления на Украину и демонстрацией жестких позиций Кремля по отношению к ней перед российским обществом. Единственным действительно значительным препятствием для достижения согласия между Россией и Украиной по подписанию мирного соглашения является определение статусов оккупированных территорий, поскольку другие проблемы так или иначе могут быть урегулированы.

В частности, в нынешней ситуации членство Украины в НАТО, как основная гарантия ее безопасности, может быть заменено участием нашего государства в новой системе европейской безопасности в качестве ее ключевого элемента. Такие планы уже реализуются на практике, в том числе в части, касающейся размещения военных контингентов европейских стран на украинской территории.

В апреле с. г. в Украину прибыло подразделение ВС Дании с целью перенять боевой опыт ВСУ. Москва назвала его «законной целью для ударов» и еще раз заявила о недопустимости размещения иностранных войск в Украине, поскольку это приведет к эскалации войны. Однако, она так ничего и не сделала. Это повторяет ту ситуацию, когда Москва была против передачи дальнобойного оружия ВСУ и также угрожала войной нашим западным партнерам. Но ни одну из подобных угроз не выполнила.

То же самое будет и на этот раз. Тем более, что США уже неофициально согласились с развертыванием в Украине так называемых «европейских сил сдерживания». По сути вынесены за скобки переговоров требования Москвы по «демилитаризации» и «денацификации» Украины, предусматривающие ее фактическое разоружение и смену действующей власти на ставленников России. Они формальны по характеру и не подлежат обсуждению.

В отличие от таких вопросов, определение статусов оккупированных территорий является серьезным делом. Оно не являются необходимым для России, но Путину нужны хоть какие-то результаты войны, которые он может подать российскому населению как «победу СВО». И это уже не говоря о том, что украинские земли были включены в конституцию РФ в качестве «новых территорий» К тому же США и ЕС не смогут снять санкции с России за Крым, пока он не будет признан Украиной «российским».

Впрочем, и здесь есть определенные выходы, которые, скорее всего, будут найдены. Конечно, Украина ни при каких условиях не выведет свои войска из подконтрольных ей районов Запорожской и Херсонской областей, чего США от нее не требуют, а Россия не может захватить их силой. Москва также это понимает, а потому выдвигает такие требования только как один из элементов торга на переговорах. Поэтому такой вопрос, вероятно, будет снят при молчаливом согласии сторон. На официальном уровне Москва будет считать их своими в “оккупированном” статусе. То же будет касаться и подконтрольных Украине территорий Донецкой и Луганской областей. Захваченные Россией территории упомянутых регионов временно останутся у нее, но без украинского и международного признания.

Более сложная ситуация возникнет с определением статуса Крыма. Международное признание его российской принадлежности принципиально важно для Москвы как условие начала снятия с нее санкций. Однако, это принципиально неприемлемо для Украины и большинства ее европейских партнеров. Поэтому могут быть достигнуты определенные компромиссы относительно соответствующих формулировок в мирном договоре. С одной стороны, они позволят начать процесс снятия санкций с России, а с другой — не будут означать отказа Украины от него.

Сейчас наблюдаются определенные признаки возможного применения подобного подхода. По словам Д. Трампа, он не требует от Украины признания российской принадлежности Крыма, и поэтому противоположные утверждения СМИ по этому поводу являются неправдивыми. Он лишь просил Украину воздержаться от резких заявлений относительно Крымского полуострова, поскольку это мешает переговорам. Кроме того, Д. Трамп признал сближение позиций между ним и В. Зеленским по крымскому вопросу, что не опровергается Украиной. Кроме того, по мнению украинских представителей на переговорах, мирный договор почти согласован.

Пока преждевременно говорить, что будет с оккупированными территориями Харьковской области и Запорожской АЭС. Возможно, Д. Трамп и сможет заставить Россию вернуть Харьковщину Украине и передать ЗАЭС под контроль США. По крайней мере, у него есть соответствующие инструменты для этого.

Но это опять же не совсем так. Никто не ожидает, что Россия сразу же будет сдаваться и уступать Украине. Даже в случае достижения договоренности о перемирии ситуация будет оставаться крайне сложной. Так, Москва будет давить на Украину с целью заставить ее принять российские условия мира. В частности, это могут быть спорадические обстрелы позиций ВСУ на линии фронта, выполнение ограниченных ракетно-дроновых ударов по территории Украины, а также демонстрация силы путем проведения военных учений.

Более того, Россия может отказаться от перемирия и возобновить активные боевые действия. Но в таком случае США с высокой вероятностью решатся на жесткие ответные меры, включая введение санкций, которые будут иметь крайне негативные последствия для российской экономики.

В этом плане Россия будет пытаться повлиять на итоги президентских и парламентских выборов в Украине после окончания войны и отмены чрезвычайного положения.

При этом будет реализовываться сценарий смены власти в Грузии, когда, после нападения России на нее в 2008 году, Москва привела там к власти пророссийскую партию «Грузинская мечта». Несмотря на то, что перед этим Россия оккупировала две трети Грузии и оставалась ее противником, упомянутая политическая сила смогла полностью изменить внешнюю политику Грузии и развернуть ее в сторону агрессора.