По материалам выступления на круглом столе Института глобальной политики «Российский авторитаризм как угроза глобальной безопасности»
«Россия все больше настраивается на конфронтацию не только с Украиной, что сейчас вполне очевидно, но и с НАТО в целом»
Название нашей встречи — «Российский авторитаризм как угроза глобальной безопасности». Это очень удачное название, не в последнюю очередь потому, что оно отражает мою недавнюю книгу под названием “Новая тотальная война”.
Как мы знаем, Украина, является очевидной самоцелью для режима Путина. Но она также отчетливо демонстрирует, какие инструменты использует армия Путина и, собственно, российское государство против Украины. Это наглядный пример высокоинтегрированной формы тотальной войны с использованием военных и невоенных инструментов. И нам важно это понимать, и объясню, почему.
Считаю, что Россия все больше настраивается на конфронтацию не только с Украиной, что сейчас вполне очевидно, но и с НАТО в целом. Даже в Европе мы видим не только убийства, но и, начиная с 2015 года, рост количества саботажей. А сейчас в Балтийском море мы видим еще и военно-морские и военно-воздушные угрозы против военно-морских сил, которые пытаются предотвратить использование или экспорт незаконной российской нефти из Российской Федерации. Мы также знаем, что Путин видит себя борцом за формирование нового мирового порядка, в котором Запад далеко не на передовых позициях.
Интегрированная война имеет много целей, одна из которых — контроль над российским народом. И я согласен с тем, что русский народ не должен оставаться безнаказанным, поскольку он несет определенную ответственность за то, что сейчас происходит. Но очевидно, что новая форма тотальной войны режима в значительной степени направлена на контроль и формирование российского сознания, а также на то, чтобы российское население отказалось от основных человеческих норм. Что касается Украины, то она будет свободной, когда сможет защищаться не только от российской военной мощи и военной силы, но и от невоенных инструментов интегрированной войны. И для меня это означает две вещи, которые некоторые украинцы хотят услышать, а другие — нет.
Во-первых, российская война не только военная. Украинская сторона должна понимать, что Россия, или режим Путина, могут атаковать, принимая политические и экономические меры. Они это и делают. Потому что чем чище и прозрачнее украинское экономическое и политическое общество, от судей до налоговых инспекторов, тем сложнее ФСБ, ГРУ, организованной преступности или олигархам-партнерам определить способы влияния и коррупции в украинском обществе.
Второй связанный с этим момент заключается в том, что русские, как правило, не говорят на украинском, но украинцы, как правило, все еще говорят на русском и, безусловно, понимают его. И вместо того, чтобы рассматривать русский язык, как враждебный, украинцы должны рассматривать его, как свое тайное оружие против режима, чтобы пытаться донести сообщения и информацию до русского народа. И я действительно считаю, что такая форма нарративной войны является важной, но она недооценивается в Украине. И тот же Запад должен уделять ей больше внимания.
В течение следующих десятилетий Украина станет свободной, когда Россия откажется от авторитаризма и эффективно примет верховенство права в области прав человека в стране, а также в функционировании государства. Для этого нам всем нужно доносить наши сообщения и информацию, даже если в России их слышит очень мало людей. Некоторые все еще прислушиваются, и мы должны продолжать это делать. И Украина обязательно должна участвовать в донесении этих сообщений до российского народа, до тех россиян, которые готовы принять это сообщение, пусть даже с возмущением, потому что в будущем, хотя только военная сила сможет остановить вторжение Путина в Украину, безопасность Украины будет зависеть от ее способности донести информацию до российского населения и попытаться объяснить ему, почему то, что сделал Путин, и возрождение своего рода неофашистского авторитаризма, является неправильным и злым. И также почему это очень противоречит долгосрочным интересам российского государства.
Роберт Сили,
британский политик,
бывший член парламента Великобритании
