«Всегда бей первым».
Российские службы после трех лет войны с Украиной
Россия ведет войну не только против Украины, но де-факто против всего Запада. Для Кремля конфликт на Украине имеет гораздо более широкое измерение. Она служит разрушению единства НАТО, ослаблению Европейского Союза и прокладывает путь к российской гегемонии в новом мировом порядке. Ключевую роль в этих усилиях играют российские спецслужбы: ФСБ, Служба внешней разведки и ГРУ, которые за последние три года значительно активизировали свою деятельность как внутри страны, так и за рубежом.
Александр Данилюк в своей публикации «Составляющие необъявленной войны России против Запада» (RUSI [1], 28 января 2025 г.) подчеркивает, что военная агрессия является лишь одним из многих элементов противостояния, которое длится уже три года — Россия также прибегает к диверсиям, интенсивным разведывательным операциям и пропагандистским кампаниям. Со своей стороны, Марк Галеотти в своей публикации «Силы безопасности на войне: российское сообщество безопасности с февраля 2022 года» (Mayak Intelligence, University College London) отмечает, что российские службы действовали «безжалостно и агрессивно» еще до февраля 2022 года, а война придала этим действиям еще больший импульс.
Геополитические амбиции России и тактика «необъявленной войны»
По словам Александра Данилюка, Россия рассматривает войну в Украине как «стратегический кризис», который должен продемонстрировать неспособность Запада победить Москву. Стремление к «глобальному доминированию», как показывает работа Александра Дугина [2], стоит за попытками подорвать доверие к НАТО и разрушить западную систему коллективной безопасности. Единство Североатлантического альянса является важнейшим препятствием на пути реализации имперских устремлений Кремля. Россия усиливает боевые действия, чтобы убедить западное общественное мнение в том, что Соединенные Штаты не будут готовы защищать Европу.
Такой имидж может способствовать росту популярности угодных Кремлю политических партий и в конечном итоге привести к прогрессирующему распаду НАТО. Ключевую роль в этих усилиях играют операции влияния, направленные на запугивание обществ видением военной конфронтации и убеждение их в том, что «мир» может быть достигнут только ценой уступок России. Данилюк приводит в пример Грузию, где в 2024 году пророссийская партия «Грузинская мечта» открыто пригрозила российским вторжением в случае победы прозападных сил.
Гибридная война: старые методы в новых условиях
Мануэла Превитер в статье “Серый – это новый черный? Пересмотренная советская тактика России против Европы» (февраль 2025 года) подчеркивается, что гибридные действия России фактически являются продолжением советской практики времен холодной войны: диверсии на инфраструктуре, операции по дезинформации, подстрекательство к беспорядкам и вмешательство в политику западных стран. Однако, по мнению профессора Марка Галеотти, так называемая доктрина Герасимова [3] не является новаторской, а лишь адаптацией древних методов активных мероприятий, известных еще со времен КГБ. Однако сейчас у России есть кибервозможности, передовые технологические инструменты и прокси-сеть, что делает эти методы более эффективными.
Уже несколько лет заметно присутствие диверсий и дезинформации в деятельности российских спецслужб. В качестве примера можно привести взрыв на чешских складах боеприпасов во Врбетице (2014 г.) [4] или более поздние атаки на объекты инфраструктуры в Европе (в частности, поджоги складов DHL и IKEA). Их цель – не только нанести материальный ущерб, но и посеять хаос, запугать общества и подорвать доверие к власти.
Убийство российского летчика Максима Кузьминова в Испании в феврале прошлого года, через полгода после его бегства в Украину, показало, насколько далеко российская разведка может проводить атаки за рубежом. Это событие также показало недостаточную готовность европейских стран противостоять такого рода атакам. Это не стало неожиданностью — вскоре после побега Кузьминова российское телевидение показало интервью с группой людей в масках под видом офицеров спецназа ГРУ, которые заявилиили что убьют летчика.
Европейские спецслужбы также были обеспокоены покушением на известного немецкого бизнесмена. В середине июля СМИ сообщили, что спецслужбы США и Германии сорвали заговор российских агентов с целью убийства Армина Паппергера, председателя совета директоров немецкой оружейной компании Rheinmetall, одного из крупнейших поставщиков артиллерийских снарядов в Украину. Эта операция демонстрирует изменение тактики российской разведки в западных странах. Заговор с целью убийства Паппергера был не первой подобной акцией в отношении гражданина европейской страны. Судебный процесс в Олд-Бейли в Лондоне показал, что группа болгарских граждан, проживающих в Великобритании, планировала похищение и, вероятно, убийство болгарского журналиста-расследователя Христо Грозева и российского журналиста-экспатрианта Романа Доброхотова.
Российские спецслужбы — структура и роль
ФСБ
ФСБ, служба, из которой вышел Владимир Путин, играет все более важную роль во внутренней и внешней политике России. Она взяла на себя важные полномочия по борьбе с политической оппозицией и контролю над обществом, особенно в условиях продолжающейся военной мобилизации. В 2024 году Следственный комитет и ФСБ в очередной раз доказали, что способны влиять на расстановку сил в российских госучреждениях — в частности, были арестованы два заместителя министра энергетики, один заместитель министра транспорта, руководитель департамента культуры правительства Москвы и заместитель министра цифрового развития, связи и массовых коммуникаций.
Самые жесткие чистки коснулись и Минобороны, где арест замминистра Тимура Иванова и связанных с ним бизнесменов Сергея Бородина и Александра Фомина спровоцировал волну дальнейших арестов генералов и высокопоставленных чиновников. Это привело к смене поста министра обороны – вместо, казалось бы, незаменимого Сергея Шойгу был назначен Андрей Белоусов. Сам Шойгу занял пост секретаря Совбеза России.
Модель действий ФСБ в таких ситуациях обычно схожа: сначала мишенью становится заместитель, а не высшее должностное лицо, а затем спецслужба использует показания и информацию задержанных для сбора компрометирующих материалов против всего руководства того или иного министерства. Широкое распространение информации об этом механизме позволяет ФСБ сохранять контроль над чиновниками и ограничивать риск возникновения инакомыслия среди российских элит.
В последнее время в самой ФСБ произошли существенные кадровые перестановки. Сменился руководитель Службы оперативной информации и международных связей (5-я служба), которая отвечает за разведывательную деятельность за пределами Российской Федерации[5]. Генерал-полковника Сергея Беседу (который официально ушел в отставку по возрасту — ему исполнилось 70 лет) [6] сменил генерал-полковник Алексей Комков, бывший заместитель начальника контрразведки ФСБ[7]. 5-я служба ФСБ очень активна в Украине и до сих пор имеет возможности для вербовки, особенно среди офицеров украинских силовых структур.
В декабре 2024 года начальник управления военной контрразведки ФСБ генерал-полковник Николай Юрьев подал в отставку. Наиболее часто упоминаемым кандидатом на эту должность является генерал Иван Ткачев, нынешний начальник управления «К» ФСБ, отвечающего за борьбу с финансовыми преступлениями и защиту экономической безопасности [8]. Он уже много лет считается одним из «фаворитов» в структуре ФСБ, и его возможное повышение может усилить влияние 4-й службы (Служба экономической безопасности), связанной с заместителем директора ФСБ генералом Сергеем Королевым.
Согласно отчету Службы внешней разведки Эстонии, Департамент военной контрразведки ФСБ не ограничивается контрразведывательной охраной военного сектора России, а на протяжении многих лет активно ведет разведывательную деятельность за рубежом. Это включает, в частности, анализ политической ситуации в странах Запада, оборонной политики (в том числе сотрудничества в рамках НАТО), возможностей местных спецслужб и профилей ключевых лиц, связанных с этими сферами.
Несмотря на серьезные проколы, в частности: неверную оценку способности Украины к быстрому сопротивлению или недосмотр в предотвращении теракта в московском районе Крокус в марте 2024 года (145 погибших, 551 раненый), реальных последствий ФСБ не понесла. Несмотря на то, что сервис подвергается критике со стороны части элиты, он по-прежнему пользуется особой благосклонностью Путина. Официально ФСБ по-прежнему возглавляет генерал Александр Бортников (несмотря на то, что ему 70 лет[9]), но, по мнению многих наблюдателей, фактический контроль над формированием осуществляет его заместитель генерал Сергей Королев.
СЗР
Служба внешней разведки, которая считается самой «традиционной» из российских спецслужб, понесла значительные кадровые потери и сокращение разведывательной базы в результате массовой высылки «дипломатов» из западных стран. Поскольку многие разведывательные сети были закрыты для дипломатического персонала, резкое сокращение штата посольств и консульств значительно ослабило возможности СЗР в отношении HUMINT (агентурной разведки). В ответ на это служба развивает возможности в киберпространстве, вербуя агентов в Интернете и используя так называемые фасадные структуры (включая НПО и фонды).
До недавнего времени ключевую роль в киберактивах СЗР играли в основном операции по сбору информации (в частности, известная на Западе группировка APT29, также известная как Cosy Bear). Однако с 2022 года СЗР все чаще занимается диверсионной и диверсионной деятельностью. Она также расширила свои возможности по использованию Интернета в качестве инструмента подбора персонала, что стало необходимым в контексте сложных операций на местах. Несмотря на это, адаптация службы к новым обстоятельствам, по мнению западных контрразведок, была довольно непоследовательной и менее скоординированной, чем в прошлом.
СВР по-прежнему возглавляет Сергей Нарышкин, который, несмотря на свои публичные резко антизападные высказывания (в частности, недавно он предположил, что Польша имеет имперские намерения в отношении Львова), считается одним из наиболее интеллектуально способных руководителей российских спецслужб. Важно, что СЗР является единственной структурой, которая официально поддерживает канал связи с ЦРУ.
Нарышкина считают «ястребом» в отношениях России с Западом. В декабре прошлого года он заявил, что Россия приближается к достижению своих стратегических целей на Украине и одержала верх в продолжающемся конфликте. Она также отвечает за то, чтобы все международные соглашения соответствовали внутренним целям России и интересам ее ключевых партнеров, таких как Северная Корея и Китай. 13 февраля этого года он в заявлении, которое цитирует агентство ТАСС, прокомментировал разговор Путина и Дональда Трампа, назвав его «очень важным и глубоким», который создал условия для продолжения работы на уровне руководителей ведомств, в частности безопасности и спецслужб. О положении Нарышкина в российском силовом аппарате свидетельствует и тот факт, что, как сообщалось, он вместе с советником президента по внешней политике Юрием Ушаковым и финансистом Кириллом Дмитриевым должен войти в переговорную группу по прекращению боевых действий на Украине.
ГРУ ГШ (ГУ ГШ с 2010 г.)
Российская военная разведка понесла большие потери в Украине, но быстро сменила приоритеты и методы деятельности. Согласно анализу RUSI и Bellingcat [10], ГРУ в настоящее время сосредоточено на диверсиях и диверсиях в Европе, а также на кибероперациях. Специальные задачи выполняют в/ч 29155 и недавно созданная Служба специальных действий (ССП), которая отвечает за теракты и диверсионные операции в европейских странах.
После «бунта» Пригожина в 2023 году и подчинения группы Вагнера регулярной армии ГРУ получило дополнительные ресурсы, особенно в Африке (так называемый Африканский корпус). Как отмечают Данилюк и Превитер, военная разведка создает новые учебные центры (в частности, 161-й и 236-й центры), которые также вербуют людей извне — часто через подставные компании. Их задача – проводить нетрадиционные операции в странах НАТО и подготавливать почву для возможного вторжения.
По сообщениям СМИ (в частности, The Wall Street Journal), СДС возглавляют генерал-полковник Андрей Владимирович Аверьянов и генерал-лейтенант Иван Сергеевич Касьяненко. Это подразделение развивает сети «нелегалов», способных проводить операции даже под строгим контролем контрразведки страны, в которой они действуют. В настоящее время для вербовки отбираются люди без военного прошлого, что затрудняет идентификацию агентов по старым документам или базам данных.
По данным The Wall Street Journal, SSD стоит за рядом недавних атак на Западе, включая покушение на генерального директора немецкой оружейной компании и планы по установке зажигательных устройств на борту самолетов DHL. Это подразделение координирует действия различных российских служб и взяло на себя часть полномочий ФСБ. В его основные задачи входит организация убийств и диверсий за рубежом, проникновение в западные компании и университеты, вербовка иностранцев. Важную роль в деятельности ГРУ играют и иностранные студенты, получающие стипендии в российских вузах, особенно приехавшие из балканских стран, Африки, Азии и Латинской Америки.
Чтобы ограничить цифровые следы, ГРУ вернулось к использованию стационарных телефонов, так как было замечено, что офицеры генерируют слишком много «следов» в сети (логины, геолокация и т. д.). По данным The Wall Street Journal, особое внимание россияне уделяют Германии, считая ее «слабым звеном» в НАТО из-за ее исторической зависимости от российских энергоресурсов, опасений ядерной эскалации и симпатий некоторых немецких политиков и избирателей к Москве.
Операции и методы деятельности
Александр Данилюк отмечает в своем издании, что Кремль создает инструменты для дестабилизации западных стран — от провоцирования беспорядков и нападений, через поддержку потенциальных сепаратистских движений до киберопераций. Серия поджогов в Европе (о которых сообщают The Economist и Politico) подтверждает активизацию российских агентов или «прокси-групп». Мануэла Превитер обращает внимание на продолжение советских «активных мероприятий» в виде кибератак на службу здравоохранения (например, на Национальную службу здравоохранения в Лондоне в 2024 году) и сети отправки посылок. Марк Галеотти отмечает, что информационная война является постоянным элементом российской доктрины и призвана посеять недоверие и разрушить социальную сплоченность в западных странах.
Мэтью Р. Редхед в анализе, опубликованном RUSI под названием «Старое вино, новые бутылки? В докладе «Вызов государственным угрозам» отмечается, что в рамках гибридной деятельности или деятельности в «серой зоне» Россия сочетает кибероперации с классическими методами разведки, по-прежнему делая ставку на вербовку иностранцев — как и в советское время. В связи с этим финансовые операции приобретают все большее значение. Один из бывших офицеров КГБ, которого цитирует Кэтрин Белтон в своей книге «Люди Путина. Как КГБ вернул себе Россию и противостоял Западу», утверждает, что таким образом Россия получила «оружие более мощное, чем когда-либо прежде».
В таких тайных операциях, как запугивание, диверсии и диверсии, Россия использует самые разные средства, приспосабливая их к обстоятельствам. Она использует как государственные, так и частные ресурсы, но официальные разведывательные службы по-прежнему играют решающую роль в операциях. При выборе исполнителей (например, преступников или сотрудников спецслужб) наибольшее значение имеет контекст, масштаб риска, наличие ресурсов — здесь менее важна «бюрократическая» процедура.
Россия проводит многочисленные масштабные акции, не ограничиваясь одиночными высокоточными ударами. В сфере дезинформации Кремль пытается «подавить врага объемом и скоростью» сообщений, а в киберпространстве часто использует подход «массового вброса всего и сразу». Это может создать впечатление хаоса, но также затрудняет эффективную оборону. Еще один элемент стратегии – использовать успех в одной сфере для расширения влияния в других сферах (например, миграционный кризис на границе с Россией и Белоруссией, который не только ложится бременем на социальные системы западных стран, но и способствует проникновению агентов вместе с беженцами).
Склонность России к рискованным шагам и оставлению «следов» эксперты оценивают по-разному. Одни из них видят в этом непрофессионализм, другие указывают на то, что это сознательная акция, направленная на создание впечатления вездесущности и неминуемой угрозы.
И RUSI, Служба безопасности и разведки Финляндии (SUPO), и The Guardian описывают методы вербовки людей за пределами дипломатического корпуса — среди преступников, наемников или граждан западных стран. Сотрудники ФСБ и СВР все чаще используют мессенджеры и социальные сети, что значительно снижает риски разоблачения и транзакционные издержки. Здесь также следует обратить внимание на особо опасное явление — легкость вербовки российскими службами украинской и белорусской диаспоры, волна которой прокатилась по Европе.
В России также создается ряд неправительственных организаций при поддержке министерств и государственных СМИ. В их руководство обычно входят высокопоставленные чиновники, депутаты Государственной Думы, представители научных учреждений, правоохранительных органов и госкомпаний. Эти структуры, получившие название ГОНГО [11], тесно сотрудничают со Службой оперативной информации и международных связей ФСБ.
В их числе Федеральное агентство по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству (Россотрудничество), которое представлено в 80 странах и имеет 87 загранучреждений (которые с 2021 г. часто называют «Русскими домами»). В их числе Антиглобалистское движение России (АГРР), Центр поддержки и развития общественных инициатив «Креативная дипломатия» в Москве, Институт диаспоры и интеграции.
Кроме того, есть позиция Русской Православной Церкви. В статье, опубликованной на платформе Europe’s Edge (принадлежит Центру анализа европейской политики), доктор Десси Загорчева из Колумбийского университета, специализирующаяся на вопросах безопасности, подчеркивает, что эксперты давно предостерегают от использования Кремлем Русской православной церкви для поддержки внешней политики России и проникновения в страны ЕС и НАТО. Эти опасения подтвердились событиями последних двух лет, и во многих странах уже предпринимаются конкретные действия против православных священнослужителей, подозреваемых в сотрудничестве с российскими спецслужбами [12].
Кадровые перестановки — новое поколение «чекистов»
Как отмечает профессор Марк Галеотти, несмотря на ряд неудач на Украине, резких изменений на высших должностях в ФСБ, Службе внешней разведки и ГРУ не произошло. Александр Бортников (ФСБ) и Сергей Нарышкин (СЗР) остаются на своих постах, хотя возраст и состояние здоровья Бортникова могут предвещать быстрые перемены. ФСБ, которая традиционно отвечает за контрразведку в России, все чаще проводит операции за рубежом, опираясь на коррупционные связи с организованной преступностью. Это позволяет проводить многие миссии без официального участия государственных органов.
В условиях «позднего путинизма» в сочетании с поворотом к авторитаризму спецслужбы становятся опорой режима. Путин не проявляет никакого желания привлекать их к ответственности за несовершенные испытания или впечатляющие оперативные сбои. В то же время набирает значение новое поколение «чекистов», карьера которых в силовом аппарате началась только после распада СССР.
С советскими временами они связаны прежде всего семейным наследием и символикой; ментально они уже формировались в духе «нового дворянства», о котором говорил Николай Патрушев, имея в виду идею восстановления российской имперской власти. Хотя они не входят в узкий круг самых доверенных людей Путина (отчасти из-за разницы в возрасте), они осознают, что обязаны своими должностями президенту. Они прагматичны, безжалостны и умеют использовать новые технологии, поэтому могут быть особенно опасны. Их главной целью остается восстановление позиций российской сверхдержавы всеми доступными средствами.
Путин, как и любой автократ, не ставит вопрос о престолонаследии, что позволяет ему сохранять лояльность нескольких потенциальных кандидатов, борющихся за его благосклонность. В ближайшее окружение президента входят 73-летний Александр Бортников (директор ФСБ), 71-летний Виктор Золотов (глава Росгвардии), 70-летний Сергей Нарышкин (директор внешнеполитической службы) и 74-летний Сергей Лавров (министр иностранных дел). Но учитывая, что на следующих президентских выборах Владимиру Путину исполнится 77 лет, а его ближайшее окружение приближается к восьмидесятилетнему возрасту, поколение «старых чекистов» неизбежно начнет исчезать с политической сцены. Поэтому Кремль не может заполнить все ключевые должности пожилыми людьми и будет вынужден искать новые кадры более широко.
Реакция Запада и дальнейшие сценарии развития событий
Глава MI5 Кен Маккаллум признает, что интенсивность и агрессивность действий России беспрецедентны, и многие страны осознают недостаточную готовность к гибридной войне. Российские диверсии, атаки на объекты инфраструктуры и вербовка преступников вызывают своеобразный «когнитивный шок».
Поэтому многие эксперты рекомендуют странам НАТО согласованные действия, в частности: усиление кибербезопасности, тесное сотрудничество в выявлении и высылке российских разведчиков, а также постоянный мониторинг преступных и экстремистских организаций, которые Россия использует для организации терактов и провоцирования беспорядков.
Александр Данилюк предупреждает, что «необъявленная война» может затянуться надолго. Если Запад не проявит решительности, у России появятся дополнительные возможности ослабить единство НАТО. Активизация диверсионно-диверсионных операций в странах Запада может еще больше повысить риск прямого военного столкновения.
«Война вечна»
Спустя три года после начала полномасштабного вторжения в Украину активность российских спецслужб явно активизировалась. И Александр Данилюк, и Марк Галеотти, и Мануэла Превитер отмечают, что сегодня Кремль использует полный спектр инструментов — от классических разведывательных операций, через терроризм и диверсии, до кампаний по дезинформации и сотрудничества с преступным миром. Границы между разведкой, преступностью и бизнесом в России размываются, как и разделение между внутренними и внешними спецслужбами. В качестве примера можно привести деятельность Павла Рубцова, который был связан с ГРУ и действовал в гражданской среде [13]. Об этом свидетельствует и влияние ФСБ в США.
Сегодня российские спецслужбы оказываются «всеядными» — они сочетают последние достижения в области IT и искусственного интеллекта с опытом социальной психологии, не отказываясь при этом от методов, разработанных в советское время. Об этом свидетельствует, в том числе, случай Эдуардаса Мановаса, который в Литве использовал, казалось бы, уже забытую шифрованную радиосвязь [14].
Несмотря на то, что у ФСБ, СВР и ГРУ есть свои проблемы – кадровый голод после массовых высылок дипломатов, соперничество внутри правящей элиты и растущее социальное недовольство в России – нет никаких признаков того, что их влияние ограничено. Напротив, продолжающаяся война укрепляет их позиции, а общественная поддержка спецслужб, по данным «Левада-центра», в октябре 2024 года составила 63 процента.
Сотрудники российского аппарата безопасности также считают, что власти обеспечивают им далеко идущую защиту, даже когда они совершают убийства за пределами страны. В качестве примера можно привести недавний обмен пленными между Россией и западными странами, в результате которого был освобожден Вадим Красников, убийца Зелимхана Хангошвили, который был связан с ФСБ[15].
В условиях постоянной эскалации угроз и неопределенной политической ситуации перед Западом стоит задача сдерживания динамичной и гибридной деятельности российских спецслужб. Как подчеркивает глава британской MI5 Кен Маккаллум, эффективная оборона требует не только модернизации средств контрразведки, но и понимания российского стратегического мышления — «война вечна», а грань между мирным и военным временем остается размытой.
Поэтому крайне важно понимать специфику российской специфики. Российская политическая культура, особенно ее стратегическое измерение, всегда включала в себя элемент насилия в качестве приемлемого средства достижения целей. Владимир Путин не раз демонстрировал, что вместо поиска компромисса он предпочитает применение силы и демонстрацию воли к ответному удару. Политические убийства, которые когда-то были обычным явлением в советское время, вновь стали основой внешней политики России.
Таким образом, как внутри страны, так и на международной арене Россия применяет типичные для преступного мира принципы — от запугивания до крайнего насилия — лучшим примером которых является максима Путина: «Всегда бей первым».
Если западные спецслужбы не будут учитывать эти специфические условия российской стратегической культуры и продолжат пытаться относиться к России в соответствии с европейскими нормами и стандартами поведения, они и дальше будут находиться в проигрышном положении. Для России грубая сила – не экстраординарный инструмент, а основной метод достижения политических целей.
Автор – Адам Явор,
полковник запаса польской контрразведки,
независимый эксперт в области спецслужб
Примечания:
[1] RUSI — это аббревиатура от Королевского объединенного института исследований в области обороны и безопасности; Королевский объединенный институт исследований в области обороны и безопасности — британский аналитический центр.
[2] В знаменитой книге Александра Дугина «Основы геополитики: геополитическое будущее России», которая была написана приказом Генерального штаба Вооруженных сил России в 1997 году и до сих пор активно используется при обучении российских военных, разведчиков, дипломатов и других государственных служащих, является определением геополитической цели Российской Федерации: «Борьба России за глобальное господство не окончена». Созвучие этого тезиса с известным высказыванием Владимира Путина о том, что границы России нигде не заканчиваются, не случайно.
[3] Доктрина Герасимова – внешнеполитическая доктрина, разработанная начальником Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации генералом армии Валерием Герасимовым. Доктрина переосмысливает современную концепцию межгосударственного конфликта и ставит военные действия в один ряд с политическими, экономическими, информационными, гуманитарными и другими невоенными мерами. исследователей, ключевые элементы доктрины Герасимова лежат в основе концепции «войны нового поколения».
[4] В апреле 2024 года чешская полиция закрыла дело о взрывах на складах боеприпасов в 2014 году во Врбетице, к которым, по версии следствия, причастны российские спецслужбы. Это решение было мотивировано тем, что Россия отказалась сотрудничать с чешским следствием. В полицейском отчете не упоминаются имена сотрудников ГРУ, но ранее следователи упоминали имена Анатолия Чепиги и Александра Мишкина.
[5] Служба ФСБ отвечает за разведывательную деятельность в первую очередь в странах так называемого ближнего зарубежья (постсоветского пространства).
[7] Генерал-лейтенант Алексей Викторович Комков был заместителем начальника 1-й службы ФСБ, до 2024 года — начальником Департамента контрразведывательных операций.
[8] Управление контрразведывательного обеспечения кредитно-финансовой системы («К») 4 Службы ФСБ. В его состав входило бывшее Управление по борьбе с контрабандой и незаконным оборотом наркотиков («Н»).
[9] 15 ноября 2024 года. Бортникову Александру Васильевичу 73 года.
[10] Bellingcat — независимая международная команда журналистов-расследователей, которая проводит расследования по широкому кругу вопросов на основе анализа данных из открытых источников и социальных сетей.
[11] Аббревиатура от английского Government Organized (or Operated) Non-Governmental Organization, используемая для обозначения номинально неправительственных общественных объединений, созданных по инициативе и/или с участием государства. имя инициатора метода, полковника жандарма Сергея Зубатова). Суть метода заключалась в создании рабочих организаций («обществ взаимопомощи») под опекой царских властей и под контролем полиции, что отвлекло бы рабочих от революционной борьбы.
[12] Подробнее по этой теме см.: Адам Явор. «Русская Православная Церковь всегда была на службе империи».
[13] Павел Рубцов, более известный как Пабло Гонсалес, — российский и испанский журналист, агент ГРУ Генерального штаба Вооруженных сил России. В феврале 2022 года он был задержан Агентством внутренней безопасности Польши на польско-украинской границе и обвинен в шпионаже в пользу России.
[14] Задержанный в январе 2024 года Эдуардас Мановас, по данным литовской контрразведки, с 2018 года работал на российскую военную разведку.
[15] Зелимхан Хангошвили , этнический грузин, бывший командир взвода Чеченской Республики Ичкерия во время Второй чеченской войны и участник российско-грузинской войны 2008 года, разыскивался ФСБ как террорист. 23 августа 2019 года он был убит в Берлине.
Перевод и примечания Владимира Паливоды
